Антикитайский вал
Его пытаются создать США из государств Азиатско-Тихоокеанского региона

Стремительный рост военно-морской мощи Китая (подробнее см. статью «Великая стена штурмует океан» в №12/2013 журнала «Национальная оборона»), претензии КНР на обладание рядом спорных островов в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях, усилия Пекина по созданию баз в Индийском океане заставляют США и страны Дальнего Востока, Юго-Восточной и Южной Азии предпринимать меры по укреплению своей безопасности.

Александр МОЗГОВОЙ

По замыслу Вашингтона, должен быть создан своего рода антикитайский вал в западной части Тихого океана, простирающийся и на значительные акватории Индийского океана. Благо для этого есть все предпосылки. Достаточно взглянуть на карту, дабы убедиться в том, что Китай со стороны омывающих его морей окружен островными и полуостровными государствами, как бы создающими естественный барьер амбициям Поднебесной.

СЛАБЕЮЩАЯ МОЩЬ

Почему речь идет об интернациональном антикитайском вале? Почему США сами не способны установить барраж, ограничивающий деятельность Военно-морских сил Национально-освободительной армии Китая? Ответ очевиден. У Вашингтона для этого сегодня нет ни сил, ни возможностей. Мы уже затрагивали эту тему (см. журнал «Национальная оборона» №2/2014). Еще раз остановимся на ней, поскольку она имеет принципиальное значение.

Китай и сопредельные с ним государства.

За последние два десятилетия количественный состав американского флота по причине бюджетных ограничений год от года ужимается, как шагреневая кожа. Особенно это касается боевых кораблей. В этом легко убедиться, полистав справочники Нормана Полмара The Naval Institute Guide to the Ships and Aircraft of the U.S. Fleet за 1993-2013 годы. Говорят, что на смену старым приходят новые высокотехнологичные корабли, обладающие большим ударным и оборонительным потенциалом. Это так. Но даже самый современный высокотехнологичный корабль не может одновременно находиться в двух разных точках морского театра.

Если вывести за скобки 14 атомных подводных лодок стратегического назначения – оружия «последнего часа», то окажется, что в списочном составе ВМС США числятся 55 многоцелевых и ракетных атомных подводных лодок, 10 атомных авианосцев типа Nimitz, 22 ракетных крейсера типа Ticonderoga, 62 ракетных эсминца типа Arleigh Burke, 13 фрегатов типа Oliver Hazard Perry, 4 литоральных боевых корабля и 13 тральщиков типа Avenger. То есть в сумме получаем 179 боевых единиц. На первый взгляд это много. Однако внимательный анализ свидетельствует о явной недостаточности корабельного состава.

Из 22 крейсеров типа Ticonderoga в этом году 11 для экономии средств отправят в резерв. Кроме того следует не забывать, что у большинства кораблей этого типа срок службы перевалил за четверть века и скоро их придется списать. После 2030 г. ожидается поступление «будущих надводных боевых кораблей» (Future Surface Combatant – FSC). Их предполагается оснастить рельсовыми электромагнитными орудиями, боевыми системами направленной энергии, прежде всего лазерными, и мощными радарами. Это будут дорогие корабли, и строиться они будут явно небольшой серией, если до этого дело вообще дойдет. То есть заменить крейсера типа Ticonderoga FSC не смогут.

ВМС НОАК держат под прицелом американский флот.

У всех оставшихся в строю фрегатов типа Oliver Hazard Perry снято ракетное оружие, и они фактически выполняют функции патрульных кораблей открытого моря (OPV), то есть небоевых кораблей. В течение этого и следующего года они будут проданы или переданы ВМС других государств. Тральщики типа Avenger тоже имеют достаточно приличный возраст, но замена им пока даже не предусматривается.

Основными боевыми кораблями ВМС США сейчас являются 62 ракетных эсминца типа Arleigh Burke (подробнее о них см. журнал «Национальная оборона» №5/2013). Это очень добротные корабли, способные выполнять широкий круг задач. Их количество планируется довести до 75 единиц. Но к тому времени, когда это произойдет, будут списаны все крейсера типа Ticonderoga. Другими словами, общее количество многоцелевых надводных кораблей в составе ВМС США сократится на девять единиц.

Польза от литоральных боевых кораблей (ЛБК), которым создан неоправданно преувеличенный рекламный имидж, дискуссионна. ЛБК Freedom (LCS 1) вошел в состав ВМС США в 2008 г., но до сих пор он по-настоящему не боеспособен. Прошлогодний рекламный тур в Сингапур для этого корабля обернулся конфузом. В июле у побережья Сингапура Freedom потерял ход и оказался в ремонте. В октябре вода сквозь трещину в трубопроводе почти на метр затопила скуловую часть корпуса, а через несколько дней попала в систему гидравлики. Снова потребовался ремонт.

Американские литоральные боевые корабли не смогут выдержать единоборства с китайскими ракетными катерами типа 022,  каждый из которых несет восемь ПКР YJ-83.

То же можно сказать о тримаране Independence (LCS 2), который тоже никак не удается довести до ума из-за проблем с коррозией и электрооборудованием.

Но дело даже не в многочисленных поломках. На головных кораблях разное случается. Не говоря даже о чудовищной стоимости ЛБК (строительство Freedom обошлось в $637 млн., а Independence – в $704 млн.), не прошла проверку практикой сама концепция скоростного литорального корабля с модульным составом вооружения. Планируется противоминный модуль принять на вооружение в этом году. Но для противоминных кораблей противопоказана высокая скорость. Противолодочный модуль неизвестно когда будет отработан, и его эффективность вызывает большие сомнения. Модуль противокорабельного оружия вообще оказался фикцией. Для борьбы с надводными кораблями, точнее катерами, LCS предполагается вооружить ракетами Griffin. Они удобны тем, что выстреливаются из пусковых установок ЗРК RAM обороны ближнего рубежа, которыми вооружаются литоральные боевые корабли. Но Griffin поражает цели на дальности всего несколько километров, а масса боевой части ракеты – 5,9 кг. То есть ею можно уничтожать только небольшие катера на расстоянии «вытянутой руки». ЛБК оказались голыми королями, вооруженными картонными мечами. При встрече литорального боевого корабля один на один, скажем, с китайским ракетным катером типа 022 с восемью ПКР YJ-83 с дальностью стрельбы до 95 км и 165-кг боевой частью можно смело принимать ставки 99,9 против 0,1 на победу корабля ВМС НОАК.

Базовые патрульные самолеты ВМС США P-8A Poseidon на авиабазе Кадена.

Недавно администрация США приняла решение ограничить количество ЛБК в составе ВМС 32 единицами вместо планировавшихся ранее 52. Это мотивируется сокращением бюджетных расходов. На самом деле, как представляется, урезание программы строительства литоральных боевых кораблей вызвано запоздалым пониманием их бесполезности. И, по здравому смыслу, программа строительства LCS должна подвергаться дальнейшим сокращениям.

Компания Bath Iron Works (BIW) достраивает эскадренный миноносец нового поколения Zumwalt (DDG 1000). Как заявил министр обороны США Чак Хейгел, побывавший на BIW 21 ноября прошлого года, этот корабль сыграет важную роль в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Это явное преувеличение. Zumwalt и два другие корабля этого типа, предназначенные главным образом для ударов по береговым целям, еще должны доказать свою эффективность. Во всяком случае, большого влияния на баланс сил в АТР они не окажут. Китай завершает отработку противокорабельной баллистической ракеты DF-21D с дальностью стрельбы 810 миль (1500 км) для нанесения ударов по крупным надводным кораблям, а сейчас приступил к созданию ракеты DF-26 с дальностью поражения морских целей до 3000 км и гиперзвуковой боевой частью. Кроме всего прочего, как заметил журнал Naval Forces, эсминец Zumwalt стоимостью $5 млрд. легко может стать жертвой мины ценой в $2,5 тыс.

Эсминец-вертолетоносец Hyuga на американо-японских учениях.

В ВМС США происходит замена АПЛ типа Los Angeles (сейчас в строю – 40 единиц) на многоцелевые субмарины типа Virginia. К тому времени, когда завершится ротация, с учетом трех АПЛ типа Seawolf в составе ВМС США останется 36 многоцелевых подлодок. То есть их количество сократится на 15 единиц. Пока  речь не идет о замене четырех атомных субмарин с крылатыми ракетами, переоборудованных из ПЛАРБ типа Ohio. Между тем, это далеко не новые корабли.

Не стоит забывать, что более половины находящихся в строю кораблей совершают длительные переходы к месту несения службы и обратно, нуждаются в ремонтах, а их экипажи в отдыхе. И несмотря на то что Вашингтон провозгласил о переносе акцента своей военной активности с Атлантики на Тихий океан, реальное присутствие американских боевых кораблей в западной части Тихого океана увеличится незначительно.

Дефицит корабельного состава США хотят компенсировать усилением авиационных группировок. В декабре прошлого года на авиабазе Кадена на японском острове Окинава началось развертывание новейших базовых патрульных самолетов ВМС США P-8A Poseidon. Они предназначены не только для обнаружения и уничтожения подводных лодок, но и для атаки надводных кораблей ПКР Harpoon. Сейчас ведутся испытания сверхзвуковых стратегических бомбардировщиков B-1B Lancer ВВС США в качестве носителей противокорабельных ракет дальнего действия LRASM, способных поражать надводные цели на дальности до 900 км. Однако и у противоположной стороны имеются авиационные и зенитные средства, способные вести борьбу с P-8A и B-1B.

Эсминец Akizuki Морских сил самообороны Японии.

Другими словами, государствам Дальнего Востока, Юго-Восточной и Южной Азии для обеспечения безопасности в регионе придется опираться главным образом на собственные силы. Недаром в этом регионе в последнее десятилетие наблюдается невиданный оружейный бум. Можно даже говорить о гонке вооружений. И развитию ВМС уделяется не последнее внимание.

Посмотрим, как ведется военно-морское строительство в странах, которые должны образовать антикитайский вал. Начнем движение с севера на юг.

НАСКОЛЬКО ПРОЧЕН СЕВЕРНЫЙ ФЛАНГ?

Так называемые Морские силы самообороны Японии (МССЯ) – безусловно, одни из наиболее мощных военно-морских объединений в мире. Можно даже утверждать, что они, если вывести стратегический ядерный компонент за скобки, по своим возможностям сейчас занимают второе место в мире после ВМС США. Да, у МССЯ нет атомных подводных лодок и авианосцев. Но они пока Японии и не нужны. Морские силы самообороны Японии уступают по количественному составу ВМС НОАК, но зато корабли, входящие в их состав, отвечают самым современным требованиям, отлично сделаны и на них служат хорошо обученные моряки. «С точки зрения простых чисел Япония уступает Китаю в количестве личного состава вооруженных сил в десять раз, в четыре раза по боевым самолетам и в два раза по общему тоннажу военных кораблей, – отмечает в этой связи шеф пекинского бюро американской газеты Christian Science Monitor Питер Форд. – Но когда дело доходит до качества обучения и уровня технологий – ключевых элементов в современной войне, Япония легко превзойдет Китай». Однако нельзя не признать, что качественный разрыв между МССЯ и ВМС НОАК быстро сокращается.

Патрульный самолет Kawasaki P-1.

Основу японского флота составляют эскадренные миноносцы (в строю – 41 единица, еще три являются учебными кораблями, хотя и полностью сохранили свой боевой потенциал). Это корабли многоцелевые, способные решать задачи ударные, противолодочные и обеспечения противоздушной обороны. Но решению противолодочных задач уделяется первоочередное внимание. Новейшие эсминцы-вертолетоносцы типа Hyuga (две единицы) водоизмещением по 19000 т и два строящихся корабля этого подкласса типа Izumo водоизмещением по 27000 т предназначены исключительно для целей ПЛО. Разговоры о том, что они являются «замаскированными» авианосцами, не имеют ничего общего с действительностью. Хотя, безусловно, развивая это направление, Япония в обозримом будущем сможет строить плавучие аэродромы. Сейчас препятствиями служат конституция Страны восходящего солнца, а также позиция Соединенных Штатов, где еще достаточно свежи воспоминания о бомбардировке Перл-Харбор. Пока же ударные операции на море Япония возлагает на ВВС и базовую морскую авиацию.

НАПЛ МССЯ Hakuryu типа Soryu входит в гавань Перл-Харбора.

Четыре ракетных эсминца типа Kongo водоизмещением по 9500 т, оснащенные американской системой боевого управления Aegis и ЗУР SM-3IA, являются кораблями ПРО и могут перехватывать ракеты средней дальности. Еще два эсминца с Aegis – типа Atago водоизмещением 10000 т – вооружены ЗУР SM-2 и пока используются только в качестве кораблей ПВО. Однако в ближайшее время они пройдут модернизацию, которая будет включать внедрение новейшего программного обеспечения Aegis 5.1, а также перевооружение на ЗУР SM-3IIA, способные поражать баллистические цели на начальном, среднем и конечном участках траектории. Стоит заметить, что ракеты SM-3IIA – совместная американо-японская разработка. И в этом тандеме Страна восходящего солнца выступает в роли отнюдь не младшего партнера.

Недавно Токио принял решение об усилении морского компонента противоракетной обороны. К 2020 г. намечено ввести в состав МССЯ еще два эсминца с Aegis и противоракетами. Не стоит забывать также, что к военно-морской базе Йокосука приписаны два американских крейсера и семь эсминцев. Часть из них выполняет функции ПРО.

Ведется в Японии и строительство универсальных эсминцев. Новейшие из них – типа Akizuki (проект 19DD) полным водоизмещением 6800 т и 30-узловой скоростью хода. Они вооружены 8 противокорабельными ракетами SSM-1B национальной разработки, ЗУР средней дальности ESSM в вертикальных пусковых установках Mk 41. В них же размещаются противолодочные ракеты ASROC. Противолодочное вооружение дополняют два трехтрубных 324-мм торпедных аппарата и два вертолета. Артиллерия представлена одной 127-мм установкой Mk 45 Mod. 4 и двумя шестиствольными 20-мм автоматами Phalanx обороны ближнего рубежа. Автоматическую систему боевого управления ATECS этих эсминцев именуют японской Aegis. Достаточно компактные антенные фазированные решетки РЛС OPS-20C и FCS-3A, предназначенные для обнаружения надводных и воздушных целей, а также наведения на них оружия, неподвижно установлены на верхней части надстройки. 13 марта этого года в состав МССЯ введен эсминец Fuyuzuki – четвертый и последний в серии. А теперь ведется строительство эсминцев проекта 25DD водоизмещением по 5000 т. Головной из них должен войти в строй в 2017 году. Эти корабли будут специализироваться на противолодочной обороне.

Ракетный эсминец Sejong the Great ВМС Республики Корея.

Ведется также подготовка к строительству эсминцев DDR Destroyer Revolution («революционных эсминцев»). В чем будет состоять «революционность» этих боевых единиц водоизмещением 5400 т, неизвестно. Появятся они на стапелях после 2021 г., а главным их предназначением станет эскортирование кораблей. Похоже, значительно раньше японские судостроительные концерны начнут сборку 3000-тонных эскортных эсминцев (фрегатов), которые придут на смену шести кораблям этого класса типа Abukuma. Их специализация – ПЛО и борьба с надводными кораблями противника.

МССЯ располагают 16 подводными лодками, пять из которых относятся к типу Soryu с анаэробными силовыми установками и ракетно-торпедным вооружением. На сегодняшний день – это, пожалуй, лучшие неатомные субмарины (НАПЛ) в мире. Их строительство продолжается. В составе Морских сил самообороны имеются также две учебные лодки. Они так же, как и учебные эсминцы, вполне боеспособны. Командованием флота в свете «китайской угрозы» принято решение об увеличении количества строевых подлодок до 18 единиц.

Южнокорейский фрегат Incheon.

Для нужд МССЯ концерном Kawasaki ведется отработка базовых турбореактивных патрульных самолетов Р-1. Эти машины взлетной массой 79700 кг имеют максимальную скорость 996 км/ч, дальность полета – 8000 км и потолок – 13520 м. Масса бомбовой нагрузки – 9 т. В состав вооружения в разных комбинациях могут входить ракеты Harpoon и Maverick, противолодочные торпеды, мины и глубинные бомбы. Р-1 заменят в авиационных частях МССЯ самолеты P-3 Orion.

Высокой динамикой отличается развитие ВМС восточного соседа Японии – Республики Кореи. Оно опирается на мощную судостроительную отрасль, которая занимает второе место в мире (Китай – первое место, а Япония – третье). На южнокорейских верфях возможно строительство кораблей и судов практически всех классов.

Командующий ударной флотилией ВМС Южной Кореи контр-адмирал Ким Хонгил знакомится с устройством американского вертолета MH-60R Sea Hawk.

Если в первые десятилетия после Второй мировой войны ВМС Южной Кореи довольствовались преимущественно американским секонд-хендом, то после того как страна совершила экономический рывок (валовый национальный продукт на душу населения вырос со $100 в 1963 г. до более чем $20000 в 2005 г.), военно-морские силы комплектуются исключительно кораблями национальной постройки. Однако по-прежнему вооружение либо закупается за рубежом, либо выпускается по лицензии, а в ряде случаев создаются копии национального производства.

В составе ВМС Южной Кореи – 12 ракетных эсминцев (три типа KDX-I водоизмещением по 3900 т, шесть типа KDX-II водоизмещением по 5520 т и три типа KDX-III). Самые совершенные из них – эсминцы типа KDX-III. Головной корабль этого типа – Sejong the Great вошел в строй в 2008 году. Его полное водоизмещение – 11000 т, максимальная скорость хода – более 30 узлов. Он и его две «сестры» – самые большие эскадренные миноносцы с системой Aegis. В двух ячейках вертикальных пусковых установок Mk 41 размещается 80 ЗУР SM-2 Block IIIB/IV, способных сбивать самолеты и оперативно-тактические ракеты. В блоке K-VLS из 48 ячеек – крылатые ракеты Hyunmoo III класса «корабль-земля» и противолодочные ракеты K-ASROC Red Shark. Противолодочные средства также включают два трехтрубных торпедных аппарата для стрельбы торпедами K745 LW Blue Shark и два вертолета с хранением в ангаре. Для ударов по морским целям предназначены четыре счетверенные пусковые установки с ПКР SSM-700K Hae Seong. Артиллерия состоит из одной универсальной 127-мм артустановки Mk 45 Mod. 4 и 30-мм многоствольного автомата Goalkeeper. Защиту от противокорабельных ракет на ближнем рубеже должен также обеспечивать ЗРК малой дальности RAM.

Учитывая увеличивающуюся ракетную угрозу со стороны КНДР, военно-политическое руководство Южной Кореи приняло решение об усилении морской составляющей ПРО страны. Однако высокая стоимость эсминцев типа KDX-III ($923 млн. за единицу без учета оружия) заставила искать альтернативные варианты. Так появился проект KDX-IIА на базе кораблей KDX-II, но с системой Aegis, хотя и несколько упрощенной. В конце концов, вернулись к проекту KDX-III. На постройку трех таких эсминцев выделяется $3,8 млрд. Судя по всему, не забыли и о кораблях типа KDX-IIА. Пополнение ими южнокорейского флота также не исключается.

ПКР Hsiung Feng III на параде в Тайбэе.

На смену устаревающим фрегатам типа Ulsan и корветам типа Pohang (в общей сложности 20 единиц) приходят фрегаты типа Incheon (программа FFX) полным водоизмещением 3250 т и 32-узловой максимальной скоростью. До 2020 г. ожидается поступление около 20 кораблей этого типа. Они предназначены для выполнения ударных и противолодочных задач. Их вооружение включает две счетверенные пусковые установки ПКР Hae Seong, ЗРК обороны ближнего рубежа RAM, универсальную 127-мм артустановку Mk 45 Mod. 4, шестиствольный 20-мм автомат Phalanx, два трехтрубных 324-мм торпедных аппарата и два вертолета. В конце прошлого года компания Daewoo Shipbuilding & Marine Engineering (DSME) получила заказ на шестой корпус FFX, который открывает вторую подсерию из восьми единиц. У этих кораблей длина несколько увеличена, что даст возможность разместить на них вертикальные пусковые установки ЗРК Sea Sparrow. То есть возможности ПВО фрегатов усилятся.

В Южной Корее ведется массовое строительство больших ракетных катеров типа Gumdoksuri (PKG) водоизмещением 450 т и 40-узловой скоростью. Уже более дюжины этих РКА вошли в строй. Всего же заказано 40 единиц. Корабли вооружены четырьмя ПКР Hae Seong, 76- и спаренной 40-мм артиллерийскими установками. После введения их в строй ударный потенциал ВМС Республики Корея в прибрежной зоне значительно повысится.

Фрегат Cheng De типа Kuang Hua 2 ВМС Тайваня.

Но особенно бурно развиваются подводные силы Страны утренней свежести. Собственно их создание началось в 1989 г., когда на верфи HDW в Киле была заложена субмарина Chang Bogo типа 209/1200. Второй корпус уже строился в Южной Корее на верфи компании Daewoo Shipbuilding & Marine Engineering. Всего флот получил девять лодок этого типа. Сейчас на том же предприятии, а также на Hyundai Heavy Industries по немецкой лицензии ведется сборка девяти НАПЛ типа 214/1700 (KSS-2). Три из них уже в строю.

Республика Корея сегодня не только строит подлодки для своего флота, но и подключилась к их экспорту. Она будет изготовлять элементы конструкции ПЛ типа 209, которые затем будут собираться в Индонезии.

Освоив производство субмарин по немецким проектам, южнокорейцы приступили к созданию своих. Корпорации Daewoo Shipbuilding & Marine Engineering и Hyundai Heavy Industries работают над проектом НАПЛ типа KSS-3. Лодка с анаэробной энергетической установкой будет иметь водоизмещение около 3000 т. Кроме торпед, противокорабельных ракет и мин ее вооружение будет включать крылатые ракеты Cheonryong для ударов по наземным объектам на дальности до 500 км.

Тайваньский ракетный катер типа Kuang Hua 6.

США, Япония и Южная Корея проводят двусторонние и трехсторонние военно-морские учения в дальневосточных водах практически в режиме нон-стоп. Не успевают завершиться одни маневры, как начинаются другие. Так оттачивается боевое взаимодействие. С 24 февраля по 6 марта этого года прошли учения Key Resolve 2014 («Ключевая решимость-2014») 7-го флота ВМС США и ВМС Республики Корея. В них приняли участие 6300 моряков двух стран. Затем 21-26 марта в районе Гуама состоялись американо-японские маневры Multi-Sail 14 («Мульти-парус 2014») с ракетными и артиллерийскими стрельбами участвующих в них кораблей. А уже 27 марта к югу от Сеула стартовали новые военные игры под кодовым названием Ssang Yong («Двойной дракон»), которые продлятся до 7 апреля. В их ходе будет осуществлена высадка с 12 десантных кораблей 7500 американских морских пехотинцев и 3500 южнокорейских.

Из этого вовсе не следует, что северный фланг антикитайского вала абсолютно прочен. Дело в том, что между корейцами и японцами исторически сложились, мягко говоря, неприязненные отношения. Существуют между двумя государствами и территориальные споры. Не случайно десантно-вертолетный корабль-док Южной Кореи Dokdo – крупнейший в составе ВМС страны – носит имя маленького острова Токто, на обладание которым претендует Япония. Поэтому говорить о полном единстве «союзников» было бы опрометчиво.

ЗЫБКИЙ ЦЕНТР

Многие годы главной точкой опоры Соединенных Штатов на Дальнем Востоке был Тайвань. Мятежный остров служил генератором провокаций против КНР. Естественно, Пекин заявлял, что готов покончить с анклавом американского империализма на своей земле. Но время шло. Вашингтон был вынужден признать принадлежность Тайваня Китайской Народной Республике, но оговорил право оказывать политическую и военную помощь Тайбэю.

Под бдительным взглядом «дядюшки Хо» командующий Вооруженными Силами США в зоне Тихого океана адмирал Самуэль Локлир беседует в Ханое с заведующим международным отделом ЦК Коммунистической партии Вьетнама Хуанг Бин Кваном.

Китайские лидеры, в свою очередь, клялись, что вернут Тайвань в родное лоно. Иногда и сейчас можно услышать подобные призывы. Однако отношения между Пекином и Тайбэем постепенно становятся если не дружественными, то и не враждебными. Тайвань для КНР – важный экономический партнер, источник получения передовых технологий и … разведывательной информации.

Самоуправляемый остров постоянно сотрясают шпионские скандалы. В начале января этого года бывший офицер ВВС – подполковник Юань Сяо-фен – был приговорен к пожизненному заключению за шпионаж в пользу КНР. Его подельник получил 20 лет тюрьмы. 21 февраля к десяти месяцам тюрьмы за оказание помощи КНР в создании шпионской сети на острове приговорены бывший флотский офицер Цзянь Цзинго и Лу Чунь-Чунь, служивший в командном ракетном центре. А в сентябре прошлого года на 14 месяцев был заключен под стражу отставной вице-адмирал, чье имя, очевидно, из «деликатности» не было названо.

Фрегаты типа «Гепард-3.9» ВМС Вьетнама.

В 2012 г. Министерство обороны Тайваня завело дело о краже с борта одного из новейших ракетных катеров типа Kuang Hua 6 ноутбука, в котором содержалась совершенно секретная информация о работе системы связи. Сам катер в это время находился в тщательно охраняемой главной базе ВМС Цзоин. «Если этот ноутбук попадет в руки КНР, Пекин получит коммуникационные коды всех ВМС Тайваня, а также данные о ракетном вооружении флота», – сообщала местная печать. Однако ни гаджет, ни его похититель обнаружены не были. Следом за этим случаем произошла другая кража. В ходе описи имущества нескольких списанных ракетных катеров типа Hai Ou, на смену которым как раз построены РКА типа Kuang Hua 6, была выявлена пропажа секретных карт. По данным тайваньской газеты United Daily News, которая сослалась на анонимный источник в военном ведомстве, исчезнувшие карты содержали данные о развертывании кораблей ВМС Тайваня в случае войны. «Если они попадут в руки врагов, – сообщил источник, – то наш флот окажется просто голым и беззащитным перед атакой противника».

На «Адмиралтейских верфях» для ВМС Вьетнама строятся подводные лодки проекта 06361.

Очевидно, учитывая такого рода обстоятельства, Соединенные Штаты неохотно передают или продают Тайваню современную военную технику, ограничивая ее поставки секонд-хендом или образцами хорошо известными на рынке. Так, в этом году США собирались продать острову четыре фрегата типа Oliver Hazard Perry. Однако Тайбэй решил приобрести за $187 млн. только два, поскольку эти корабли достаточно ветхие.

Но нельзя сказать, что США бросили своего союзника на произвол судьбы. Общий объем американских обязательств по обеспечению острова вооружением весьма солидный – $7,6 млрд. В том числе речь идет о поставках 12 модернизированных патрульных самолетов P-3C Orion и противокорабельных ракет подводного старта Harpoon Block II с дальностью стрельбы до 125 км.

И все-таки постепенно Тайвань переходит на самообеспечение. На острове имеется достаточно развитая военная промышленность, в том числе кораблестроительная. В составе ВМС – восемь фрегатов типа Chi Yang (Kuang Hua 1), построенных в 1990-2004 гг. на верфях местной компании China Shipbuilding Corporation. Они созданы на базе американских фрегатов Oliver Hazard Perry, но имеют более мощное ударное вооружение. Сначала они несли восемь дозвуковых ПКР Hsiung Feng II («Свирепый ветер II») с дальностью стрельбы до 160 км. Теперь они перевооружаются на сверхзвуковые (скорость 2 М) ПКР Hsiung Feng III с дальностью поражения целей 130 км (по другим данным дальность стрельбы достигает 300 км).

Патрульный корабль KD Terengganu типа Kedah Королевских ВМС Малайзии.

Тайваньский флот также располагает шестью вполне современными фрегатами типа Kuang Hua 2, построенными во Франции во второй половине 90-х годов прошлого века с использованием элементов стелс-фрегатов типа La Fayette. Сейчас они тоже перевооружаются на ПКР Hsiung Feng III. Их слабая сторона – недостаточность средств ПВО, основу которых составляет пусковая установка ЗРК Sea Chaparral с боезапасом 16 ЗУР малой дальности. Эти ракеты давно сняты с вооружения в США.

Подводная лодка KD Tun Abdul Razak – одна из двух малазийских типа Scorpene.

В значительных количествах имеются устаревшие корабли американской постройки, в том числе четыре ракетных эсминца типа Kidd. Они строились в конце 1970-х – начале 1980-х годов в США для ВМС шахского режима Ирана. После исламской революции корабли перешли американскому флоту, а в 2005-2006 гг. за $800 млн. проданы Тайваню, что вызвало бурю негодования в Пекине. По тем временам это были вполне современные корабли, но спустя десять лет они устарели, хотя и несут достаточно мощный арсенал вооружения (две спаренные пусковые установки балочного типа для ЗУР SM-2MR, две счетверенные ПУ ПКР Harpoon, две 127-мм артиллерийские установки, два шестиствольных автомата обороны ближнего рубежа Phalanx, два трехтрубных торпедных аппарата для стрельбы противолодочными торпедами и вертолет).

Кроме эсминцев типа Kidd ВМС Тайваня располагают еще более древними американскими фрегатами типа Knox. Их вооружение усилили за счет дополнительного размещения 10 ЗУР SM-1 и четырех ПКР Harpoon, но они нуждаются в замене, так как находятся в строю более 40 лет. Для этого на местных верфях предполагается построить шесть фрегатов проекта Kuang Hua 8, вооруженных ПКР Hsiung Feng III.

Происходит быстрое переоснащение прибрежных сил ВМС Тайваня. На замену устаревшим 50 ракетным катерам типа Hai Ou (вариант израильских типа Dvora) водоизмещением по 50 т построены 34 150-тонных РКА типа Kuang Hua 6, вооруженных четырьмя ПКР Hsiung Feng II. А в этом месяце состоялось крещение скоростного 500-тонного ударного стелс-катамарана Tuao River – головного проекта Hsun Hai («Морской стриж»). Всего планируется построить 12 таких кораблей. Они будут вооружаться восемью ПКР Hsiung Feng II и таким же количеством ракет Hsiung Feng III, а также автоматическим 76-мм орудием и 20-мм автоматом обороны ближнего рубежа Phalanx. Эти катамараны именуют «убийцами авианосцев» и «ответом Тайваня» на строительство в КНР авианосцев. Их мощное ракетное оружие, действительно, способно отправить на дно авианесущий корабль.

Сингапурский фрегат Steadfast построен с использованием технологий stealth.

А вот пополнить флот Тайваня новыми подводными лодками никак не удается. В строю – две субмарины типа Hai Lung (вариант голландских типа Zwaardvis), построенные в Нидерландах в 1987-1988 гг., и две американские типа Tench эпохи Второй мировой войны, которые используются как учебные и для тренировки противолодочных сил. В начале 2000-х президент США Джордж Буш-младший обещал Тайбэю поставить восемь новых НАПЛ. Но Соединенные Штаты давно утратили технологии создания таких субмарин (последняя ДЭПЛ была построена в 1959 г.). Когда прикинули, во что обойдется реанимация этих технологий, то оказалось, что каждая лодка будет стоить порядка $1 млрд., то есть почти столько же, сколько атомная. На это Тайвань не согласился.

Сейчас, по сообщению зарубежных источников, на Тайване ведется проектирование НАПЛ. Очевидно, помощь в этом деле Тайбэю оказывают западноевропейские специалисты. Планируется построить восемь субмарин национальной разработки. Но когда это произойдет, неизвестно.

Подытоживая, можно утверждать, что Тайвань обладает достаточно значительными военно-морскими силами. Но они, несомненно, уступают ВМС НОАК. И если Пекин захочет, то просто сметет мятежный остров. Но вряд ли сейчас у него есть такое намерение.

Перспективный фрегат типа SIGMA 9814 ВМС Индонезии.

Другой бывший бастион США в западной части Тихого океана – Филиппины. Эта самая северная страна Юго-Восточной Азии после испано-американской войны 1898 г. стала колонией Соединенных Штатов и получила независимость только в 1946 году, но фактически еще долгое время находилась под протекторатом Вашингтона.

Филиппины – самое слабое звено антикитайского вала, выстраиваемого Соединенными Штатами. В составе ВМС – преимущественно американский хлам, давно отслуживший положенные сроки. Достаточно сказать, что фрегат Datu Sikatuna типа Cannon и шесть корветов типа PCE 827 построены еще в годы Второй мировой войны. Самые новые корабли – два фрегата типа Hamilton (бывшие куттеры Береговой охраны США) вступили в строй во второй половине 60-х годов прошлого века.

Очевидно, у островной республики не хватало ресурсов для укрепления флота. Но вот в сентябре прошлого года был объявлен тендер на приобретение новых современных фрегатов. О готовности принять в нем участие объявили 11 судостроительных компаний разных стран. Однако тайфун Хайян, известный также как тайфун Йоланда, обрушившийся на страну в ноябре прошлого года, нанес большой экономический ущерб Филиппинам, и с тендером пришлось повременить. Зато подсуетились США, обещав предоставить «грант» на $40 млн., который станет частью оплаты за еще два куттера типа Hamilton, если Манила решит их купить. Ясно, однако, что эти корабли не будут сколько-нибудь существенно влиять на боеспособность ВМС Филиппин.

Фрегат Naresuan Королевских ВМС Таиланда построен в Китае.

РАЗНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ ЮЖНОГО ФЛАНГА

Казалось, еще недавно Вьетнам был противником номер один Соединенных Штатов в Юго-Восточной Азии. Сейчас же Вашингтон делает все, чтобы склонить Ханой к союзничеству, главным образом в военной сфере. Так, недавно США предложили укрепить морскую авиацию СРВ патрульными самолетами P-3 Orion. Но и без заокеанской подсказки Вьетнам укрепляет свои военно-морские силы.

Социалистическая Республика Вьетнам предпринимает энергичные меры по модернизации военно-морских сил. За последние несколько лет ВМС этой страны пополнились двумя фрегатами «Гепард-3.9» и несколькими ракетными катерами проекта 12418 «Молния». Эти корабли обладают значительной ударной мощью. Они вооружены противокорабельными ракетными комплексами «Уран-Э» (многоцелевые фрегаты несут по восемь ракет Х-35Э, а «молнии» – по 16). Эти ракеты поражают цели на дистанции до 130 км. Возможна замена ракет Х-35Э на новейшую модификацию – Х-35УЭ «Супер-Уран» с дальностью стрельбы до 260 км и комбинированной системой наведения, включающей инерциальную систему, блок спутниковой навигации и радиолокационную активно-пассивную головку самонаведения, обеспечивающую высокую точность и помехозащищенность в условиях радиоэлектронного противодействия.

Австралийская ДЭПЛ Rankin типа Collins идет под перископом.

И фрегаты, и ракетные катера, что называется, пришлись по душе вьетнамским морякам. Сейчас в России на Зеленодольском заводе имени А.М. Горького строится вторая пара фрегатов типа «Гепард-3.9», а во Вьетнаме ведется серийная лицензионная сборка катеров проекта 12418.

Скоро на верфи фирмы Damen Shipyards Group в Флиссингене (Нидерланды) для ВМС Вьетнама состоится закладка корвета проекта SIGMA 9814. Его длина – 98 м, а ширина – 14 м. Он будет вооружен противокорабельным ракетным комплексом Exocet MM40 Block 3, ЗРК малой дальности MICA VL, 76-мм универсальной артиллерийской установкой Oto Melara Super Rapid, двумя 30-мм артиллерийскими установками Oto Melara MARLIN-WS и противолодочным вертолетом Ка-28. Второй корабль этого типа будет построен во Вьетнаме.

В составе ВМС Вьетнама имеются четыре патрульных корабля проекта 10412 «Светляк». Они вооружены автоматическими 76- и 30-мм артиллерийскими установками, предназначенными для ведения огня по морским, воздушным и береговым целям. То есть это небольшие, но эффективные канонерские лодки, способные и патрулировать прибрежные воды, и отражать атаки противника. По образу и подобию российских «светляков» во Вьетнаме сейчас серийно строятся патрульные корабли типа ТТ 400 ТР, которые имеют аналогичный с кораблями проекта 10412 состав вооружения.

В январе этого года на военно-морской базе Камрань был поднят флаг на дизель-электрической подводной лодке Hanoi – головной проекта 06361, а в этом месяце в Камрань доставлена вторая субмарина – Ho Chi Minh. Шесть ДЭПЛ этого типа постройки санкт-петербургских «Адмиралтейских верфей» придадут ВМС Вьетнама совершенно новое качество. Эти малошумные подводные корабли несут мощное вооружение: торпеды, мины, а также крылатые ракеты комплекса Club-S, предназначенные для поражения наводных и береговых целей на дальности до 300 км.

Позаботились ВМС Вьетнама и о береговой обороне. Подвижный ракетный комплекс К-300П «Бастион» с ракетами K-310 «Яхонт» предназначен для поражения надводных кораблей всех классов и типов, а также наземных радиоконтрастных целей в условиях интенсивного огневого и радиоэлектронного противодействия. Дальность его действия – до 300 км. То есть «яхонты» могут поражать цели и объекты военно-морской базы Санья Южного флота ВМС НОАК на острове Хайнань в Южно-Китайском море.

Вьетнамский флот – небольшой, но, бесспорно, хорошо сбалансированный. В ближайшем будущем он будет способен сдерживать любые попытки ущемить интересы страны в Южно-Китайском море.

Неплохо сбалансированы и Королевские малазийский ВМС, которые прикрывают подходы к стратегически важным проливам, связывающим Южно-Китайское море с Индийским океаном. Два фрегата типа Lekiu и шесть корветов типов Kasturi и Laksamana – корабли, способные выполнять ударные и оборонительные задачи. Шесть патрульных кораблей типа Kedah несут по одному 76- и 30-мм автоматическому орудию, два пулемета и вертолет. Но в короткие сроки они могут быть довооружены ПКР Exocet и ЗРК обороны ближнего рубежа RAM. Таким образом, они превращаются в полноценные корветы. Кстати, это, пожалуй, единственный пример в мировой практике, когда уже в проекте OPV заложена его трансформация в боевой корабль.

Сейчас на малазийской верфи компании Bousted Holdings Berhad ведется строительство шести корветов типа Gowind. Их длина – 111 м, водоизмещение – около 3000 т, то есть фактически фрегатное. Максимальная скорость хода – 28 узлов, дальность плавания на 15 узлах – 5000 миль. Корабли, которые начнут поступать в ВМС в 2018 г., будут вооружены двумя счетверенными пусковыми установками ПКР Exocet MM40 Block III (ими можно наносить удары и по береговым целям), ЗУР VL-MICA в 16 вертикальных пусковых установках, одной 57-мм и двумя 30-мм автоматическими артиллерийскими установками, двумя трехтрубными 324-мм торпедными аппаратами для стрельбы противолодочными торпедами и вертолетом Super Lynx 300.

УДК Canberra на ходовых испытаниях.

Есть в малазийских ВМС и ракетные катера: четыре типа Perdana и четыре типа Handalan. Они построены в 70-х годах прошлого века во Франции и Швеции. Сейчас это устаревшие корабли, не отвечающие современным требованиям.

Зато две дизель-электрические подводные лодки типа Scorpene – вполне современные. Они вооружены торпедами и противокорабельными ракетами. Существенный недостаток подводных сил Королевских ВМС Малайзии – небольшое количество субмарин. Две даже современные единицы не делают погоды. Похоже, преимущественно они используются для подготовки экипажей перспективных подводных кораблей.

В этом смысле ВМС небольшого государства – Сингапура – более продвинутые. Сначала в Швеции были закуплены четыре дизель-электрические подводные лодки типа А-11В, которые служат «партой» для подготовки сингапурских подводников. Затем в Швеции были приобретены две субмарины типа А-17. На верфи Kokums была осуществлена их глубокая модернизация. На них не только заменили изношенные конструкции, но и обновили электронное оснащение, а самое главное лодки получили воздухонезависимые вспомогательные двигатели Стирлинга, что позволяет им находиться под водой без всплытия на поверхность более двух недель. Это корабли с большими возможностями.

В декабре прошлого года Сингапур подписал контракт с концерном ThyssenKrupp Marine Systems на приобретение двух субмарин типа 218SG. Об этих лодках мало что известно. Только то, что они тоже будут иметь анаэробные установки и оснащаться электроникой компаний ST Electronics и Atlas Elektronik. Стоимость сделки оценивается в 2,8 млрд. евро. Вполне вероятно, что Сингапур продолжит строительство таких лодок на своих верфях. Они придут на замену четырем субмаринам типа Challenger (А-11В).

ВМС Сингапура располагают также серьезными надводными кораблями. В первую очередь речь идет о шести фрегатах типа Formidable и шести ракетных корветах типа Victory. Последние недавно прошли модернизацию. Обновилась их система боевого управления, которая интегрирована с датчиками беспилотных летательных аппаратов ScanEagle. Однако 550-тонным кораблям пришлось расстаться с противолодочным вооружением. Но противолодочные функции выполняют одиннадцать 500-тонных кораблей типа Fearless собственной постройки. Сейчас им на замену строятся восемь более современных кораблей водоизмещением по 1200 т.

Перспективный эсминец Королевских ВМС Австралии типа Hobart.

Сингапур строит десантные вертолетоносные корабли-доки не только для своих ВМС, но и для других государств региона. Это достаточно компактные суда полным водоизмещением порядка 8500 т перебрасывают более 350 бойцов морской пехоты, 18 танков, а также 20 единиц колесной техники на 12 узлах на дальность до 10400 миль.

Страна тысячи островов (на самом деле их насчитывается 17508, из которых около 6000 обитаемые) – Индонезия, чье население составляет 245,6 млн. человек (четвертое место в мире), а береговая линия имеет протяженность 54716 км (второе место в мире), просто обречена быть крупной морской державой. Численный состав ВМС впечатляет. Но вот качество желает лучшего. Это какое-то лоскутное одеяло. Флот включает корабли голландской, немецкой, югославской, южнокорейской, сингапурской, американской, японской, советской и национальной постройки. Преимущественно все они – секонд-хенд, то есть достаточно изношенные. Такая «палитра» усложняет материально-техническое обслуживание флота и не способствует высокой боеспособности ВМС страны.

Сейчас Джакарта предпринимает энергичные усилия, чтобы выправить ситуацию за счет строительства кораблей и судов на национальных верфях. Уже пополнили флот или строятся ракетные катера типов KCR-40 и KCR-60. С помощью Южной Кореи освоен выпуск десантных кораблей. Один из двух фрегатов типа SIGMA 10514 предполагается построить в Индонезии. По своим характеристикам эти корабли будут близки вьетнамским корветам SIGMA 9814. Вероятно, все три новые ДЭПЛ типа 209/1400 будут построены в Индонезии из комплектующих, поставленных Южной Кореей.

Но всего этого явно недостаточно. Поэтому Джакарта продолжает закупки военно-морской техники за рубежом. Недавно за одну пятую от первоначальной цены, то есть за 40 млн. фунтов стерлингов за единицу, были приобретены три корвета типа F2000, построенные корпорацией BAE Systems и от которых еще в 2006 г. отказались Королевские ВМС Брунея по причине их несоответствия требованиям спецификации. Теперь после расконсервации они готовятся к переходу в Индонезию (подробнее см. журнал «Национальная оборона» №2/2014).

Достаточно пестро выглядят и Королевские ВМС Таиланда. Их основу составляют легкий авианосец Chakri Naruebet испанской постройки, два устаревших фрегата типа Knox, четыре фрегата типов 025T и 053HT, сделанные в Китае, четыре корвета, поставленные США в начале 1970-х и середине 1980-х годов, а также три – национальной постройки. В строю ВМС имеются девять ракетных катеров. Недавно принято решение о приобретении подводных лодок, но ни поставщик, ни количество заказанных субмарин пока не определены. Зато два новых фрегата типа DW 3000F будут построены в Южной Корее.

Как и во всем мире, ВМС государств Юго-Восточной Азии не минула мода на патрульные корабли открытого моря (OPV). Но, как уже отмечалось, кроме малазийских OPV типа Kedah, все их никак нельзя отнести к боевым. Вести ими бой – то же, что охотиться на слонов с помощью мухобойки.

Конечно, в странах Юго-Восточной Азии опасаются растущей китайской военной мощи. Но это еще не означает, что государства региона будут костьми ложиться ради защиты интересов Вашингтона. Тем паче у многих из них существуют прекрасные отношения с Пекином. И вооруженные силы они строят не для противостояния КНР, а скорее для возможного противодействия друг другу, поскольку между ними остаются неурегулированные территориальные споры из-за необитаемых островов, в недрах которых есть «черное золото» и газ. Поэтому антикитайский вал в ЮВА вряд ли Соединенным Штатам удастся построить.

НА ДАЛЬНИХ РУБЕЖАХ

Поддержку своего влияния США хотят распространить и на удаленные от Китая акватории, прежде всего – Индийский океан и антарктические воды. Поэтому двинемся на юг, где находятся Австралия и Новая Зеландия. Эти два государства входят в военно-политический блок АНЗЮС (ANZUS), который три года назад отметил свое 60-летие. Правда, в последние десятилетия деятельность этого союза стала как-то затихать, особенно по военной линии. Теперь Вашингтон предпринимает усилия по ее оживлению.

В феврале этого года в Веллингтоне побывал министр ВМС США Рэй Мэйбус. Он обсудил с министром обороны Новой Зеландии Джонатаном Колманом вопросы военного сотрудничества. Дело в том, что оно было прервано почти на 30 лет после того, как в 1984 г. Новая Зеландия объявила свою территорию и примыкающие к ней воды безъядерной зоной. В ответ США запретили новозеландским кораблям заходить в американские военно-морские базы. Этот запрет был снят только в 2012 году.

Авианосец Vikramaditya значительно усилил группировку ВМС Индии.

Использование новозеландских портов чрезвычайно важно для Соединенных Штатов. Ведь в годы Второй мировой войны они служили передовыми тыловыми базами для американского флота. Сегодня, когда Китай расширяет «периметр» своей обороны, в них снова возникла необходимость.

Сам же новозеландский флот чрезвычайно слаб. В его составе всего два боевых корабля – фрегаты типа Anzac, вступившие в состав ВМС в 1997 и 1999 годах. Корабли эти нестарые, способные выполнять задачи ПЛО, а также эскортные функции. Но в силу своей малочисленности они никакой «вал» укрепить не могут. В ВМС островного государства также имеются патрульные корабли открытого моря (две единицы) и патрульные катера (четыре единицы), несущие малокалиберные артиллерийские установки и пулеметы. Другими словами, их боевая ценность – нулевая.

В ноябре 2011 г. во время визита в Канберру президент США Барак Обама объявил о расширении американского военного присутствия в Австралии. Было подписано соответствующее соглашение. Стороны не делали секрета из того, что оно имеет антикитайскую направленность. Соединенные Штаты получили право на размещение в австралийском Порт-Дарвине 2500 морских пехотинцев. Договор также предусматривает увеличение числа американских боевых самолетов, развернутых на аэродромах на севере континента.

Надо сказать, что Австралия в отличие от Новой Зеландии всегда в большей или меньшей мере принимала участие в военных действиях США в Азии. Здесь и войны в Корее и Индокитае, и обе агрессии против Ирака, а также приближающиеся к бесславному завершению операции против талибов в Афганистане.

Судя по всему, Канберра перед лицом китайской угрозы взяла определенные обязательства по модернизации своих военно-морских сил. Сегодняшнее состояние Королевских ВМС этой страны, конечно, в лучшую сторону отличается от того, что имеется у Новой Зеландии, но еще далеко от совершенства. Ядро флота – шесть не очень удачных дизель-электрических подводных лодок типа Collins, больше половины из которых находится в бесконечных ремонтах, восемь фрегатов типа Anzac и четыре фрегата типа Oliver Hazard Perry, которые «по возрасту» нуждаются в замене. Планы модернизации ВМС предполагают реализацию ряда программ. Так, в соответствии с «Проектом JP 2048» фаз 4A и 4B предусматривается строительство двух универсальных десантных кораблей (УДК) типа Canberra полным водоизмещением 27500 т по типу испанского УДК типа Juan Carlos I. Корпуса этих кораблей, которые могут выполнять не только функции вертолетоносцев, но и легких авианосцев, если Австралия закупит американский истребители укороченного взлета и вертикальной посадки F-35B, построены на испанской верфи Navantia. Дальнейшая их комплектация происходит на предприятии BAE Systems Australia в штате Виктория. Головной УДК Canberra уже проходит испытания в море, а второй – Adelaide – достраивается.

«Проект SEA 4000» ориентирован на строительство трех эсминцев ПВО типа Hobart полным водоизмещением по 6250 т с системой Aegis. Их сборка на верфи компании ASC ведется с участием той же испанской фирмы Navantia, поскольку эти австралийские корабли являются дальнейшим развитием фрегатов типа F-100 ВМС Испании. На эсминцах будет размещаться пусковая установка Mk 41 с 48 ячейками вертикального старта ЗУР SM-2IIIA и SM-6 или 64 ЗУР ESSM, две счетверенные пусковые установки ПКР Harpoon, 127-мм артиллерийская установка, по два 25- и 20-мм автомата, два трехтрубных 324-мм торпедных аппарата для стрельбы противолодочными торпедами и вертолет. Вступление в строй головного корабля ожидается в 2016 году. В более отдаленной перспективе планируется построить восемь фрегатов водоизмещением по 7000 т для замены кораблей типа Anzac. Они будут вооружаться крылатыми ракетами, способными наносить удары не только по морским, но и береговым целям.

Другие «проекты» Королевских ВМС Австралии предусматривают модернизацию отдельных элементов подводных лодок типа Collins, фрегатов типа Anzac и иных боевых и вспомогательных единиц с целью повышения их боеспособности. Но, пожалуй, самый амбициозный – «Проект SEA 1000». Речь идет о строительстве 12 неатомных подводных лодок на общую сумму 36 млрд. австралийских долл. ($33,89 млрд.). Субмарины должны поступать на флот с 2025 г. для замены ДЭПЛ типа Collins.

Уделяется внимание и развитию морской авиации. 21 февраля этого года правительство Австралии заявило о намерении приобрести восемь новейших американских патрульных самолетов P-8A Poseidon. Они будут призваны усилить контроль обстановки в акваториях, окружающих континент.

Все эти «проекты» растянуты по времени, и к тому моменту, когда они будут реализованы, ВМС НОАК выйдут на новый количественный и качественный уровень. И тогда потуги Канберры в союзе с Вашингтоном «остановить» Китай будут выглядеть наивными.

Наконец, нужно сказать об Индии. ВМС этой страны развиваются динамично и требуют особого разговора. Поэтому ограничимся общими замечаниями.

Вашингтон чрезвычайно заинтересован не просто в дружественных, но и в союзнических отношениях с Дели. США готовы поставлять в эту страну любое оружие за исключением ракетно-ядерного. Но, учитывая прошлые не очень гладкие отношения с Соединенными Штатами, а также то обстоятельство, что американское оружие очень недешево, Дели проявляет сдержанность, приобретая у Америки только крайне необходимое для Вооруженных Сил. Так, на $2,1 млрд. были закуплены восемь патрульных самолетов P-8I Poseidon, затем еще четыре такие же машины за $1 млрд. Всего же, по данным индийских источников, морскую авиацию берегового базирования пополнят 24 самолета этой модели.

Поступательный характер двусторонних американо-индийских отношений был нарушен 12 декабря прошлого года, когда власти США выдвинули против заместителя индийского генконсульства в Нью-Йорке г-жи Девияни Хобрагаде не подтвержденные обвинения «в насилии» над прислугой. Женщину-дипломата в нарушение Венской конвенции посадили в каталажку вместе с преступниками и наркоманами. В ответ по Индии прокатилась волна демонстраций протеста. В парламенте стали раздаваться требования о разрыве дипломатических отношений с Вашингтоном. Внешнеполитическим ведомствам удалось смикшировать скандал, но осадок, как говорится, остался.

Сейчас Дели делает ставку на развитие собственной оборонной промышленности и на диверсификацию импорта вооружений. И здесь имеются успехи. С помощью России создана и поступает на вооружение ракета BRAHMOS, предназначенная для поражения морских и наземных целей. Состоялись успешные испытания баллистических ракет К-15. Они поступят на вооружение первых индийских АПЛ национальной постройки типа Arihant. Можно привести и много других примеров. Однако темпы военного кораблестроения заметно отстают от китайских. Сдача боевых единиц растягивается на годы. Так, испытания эсминца Kolkata –головного проекта 15А проходят не гладко. Задерживается сдача АПЛ Arihant и корветов типа Kamorta. На два года сдвинуты сроки передачи флоту авианосца Vikrant. Почти на три года задерживается программа строительства ДЭПЛ типа Scorpene.

И все-таки медленно, но верно ВМС Индии становятся доминирующей силой в Индийском океане. И хотя Дели наравне с Вашингтоном не заинтересован в проникновении Китая в Индийский океан, в индийской столице также без энтузиазма относятся к американскому военному присутсвию в его водах.

Другими словами, антикитайский вал наравне с «американским миром» не получится.


 

НОВОСТИ

Вскоре начнутся поставки в ВС РФ новейшего ударного вертолета Ми-28НМ с улучшенными тактико-техническими, летными и боевыми характеристиками. Об этом, по информации РИА Новости, говорится в годовом отчете компании «Роствертол» за 2015 г.
Объединенная двигателестроительная корпорация начала серийное производство двигателей ТВ7-117В для нового вертолета Ми-38, а также приступила к изготовлению ключевых узлов турбовинтового двигателя ТВ7-117СМ, предназначенного для регионального пассажирского самолета Ил-114. Производство осуществляется на входящем в ОДК предприятии АО «ММП имени В.В. Чернышева».
Президент России Владимир Путин провел заседание Военно-промышленной комиссии, посвященное разработке проекта Госпрограммы вооружения на 2018-2025 гг.
Создание зенитной ракетной системы С-350 «Витязь» близится к завершению, она поступит на вооружение Российской армии в установленные сроки, заявил в ходе программы «Генштаб» с Игорем Коротченко на радиостанции РСН начальник отдела зенитных ракетных войск командования войск ПВО и ПРО Воздушно-космических сил РФ генерал-майор Сергей Бабаков.
Компания «Ил» сообщила, что готовит к продувке в аэродинамической трубе масштабную модель перспективного среднего военно-транспортного самолета, который в инициативном порядке создается для Воздушно-космических сил РФ.
Генеральный директор корпорации «Уралвагонзавод» Олег Сиенко и исполнительный директор индийской Харадж форд Кальяни групп Амид Кальяни в ходе международной промышленной выставки «ИННОПРОМ-2016» подписали меморандум о взаимопонимании в области технического сотрудничества в рамках программы «Make in India» и продвижения продукции УВЗ в Индии. Целью меморандума является дальнейшее развитие и углубление промышленного сотрудничества двух стран.
Вооруженные Силы России уже получили около 40% вооружений и военной техники по гособоронзаказу 2016 г., заявил заместитель министра обороны Юрий Борисов в интервью на телеканале «Россия 24». Раньше, по его словам, основные поставки приходились на конец года – после 25 ноября.
Заместитель министра обороны России Юрий Борисов в рамках проверки хода выполнения государственного оборонного заказа 2016 г. посетил с рабочим визитом филиалы компании «Сухой» – «Комсомольский-на-Амуре авиационный завод им. Ю.А. Гагарина» (КнААЗ) и Новосибирский авиационный завод им. В.П. Чкалова (НАЗ).
Корпоративный университет «Сухой» совместно с Московским авиационным институтом (МАИ) организовал стажировку специалистов Новосибирского авиазавода им. В.П. Чкалова. Мероприятие было проведено в Москве в рамках Федеральной целевой программы инженерного образования на 2015-2016 гг., реализуемой Министерством образования и науки РФ.
Команда комсомольского филиала компании «Сухой» – КнААЗ им. Ю.А. Гагарина, заняла первое общекомандное место на VI Международном молодежном промышленном форуме «Инженеры будущего 2016», который прошел в Ижевске. На втором месте – представители АО «Росэлектроника», на третьем – специалисты Объединенной судостроительной корпорации.

 

 

 

 

 

 

Учредитель и издатель: ООО «ИД «Национальная оборона»

Свидетельство о регистрации: ПИ № ФС 77-22321 от 16.11.2005

 

Дизайн и разработка сайта - Группа «Оборона.Ру»

Техническая поддержка - Группа Компаний КОНСТАНТА

Управление сайтом - Система управления контентом (CMS) InfoDesignerWeb

Rambler's Top100